Сесилия хотела. В зале она ощущала клаустрофобию, которая была невыносима. Она встала и поторопилась выйти в почти пустой коридор, едва не сбиваясь с ног в своем стремлении как можно быстрей покинуть зал заседаний.

Войдя в фойе, Сесилия остановилась, с трудом избежав столкновения с Яном.

Они оба застыли, уставившись друг на друга. Сесилия не знала, что сказать, и Ян, очевидно, пытался справиться с точно такой же проблемой. Он хорошо выглядел в синей морской форме, которая напоминала об их первой встрече. Ян был высоким мужчиной в превосходной физической форме, его голубые глаза гипнотизировали — таких глаз она не видела ни у одного человека. Сесилия подумала, что, если бы Элисон Мари выжила, у нее были бы глаза отца.

— Почти все закончено, — сказал Ян голосом тихим и лишенным эмоций.

— Да, — ответила Сесилия и спустя минуту добавила: — Я не следовала за тобой, выходя из зала.

Она хотела, чтобы Ян знал это.

— Я так и подумал.

— Просто было такое чувство, что стены надвигаются на меня.

Ян не ответил, опускаясь на одну из деревянных скамеек, которые стояли в коридоре возле каждого зала. Он сгорбился, уперев локти в колени. Сесилия села на другой конец скамьи, отодвинувшись к самому краю. Люди покидали залы заседаний и либо исчезали, либо находили уединенный угол, чтобы посовещаться со своим адвокатом. Их перешептывание эхом отдавалось от гранитных стен.

— Я знаю, ты не веришь, но мне жаль, что все дошло до этого, — проговорил Ян.

— Мне тоже. — А затем на тот случай, если он подумал, что Сесилия ищет примирения, добавила: — Но это необходимость.

— Не могу не согласиться с тобой. — Ян выпрямился и скрестил руки на груди. Больше он не смотрел на нее.

В воздухе витало ощущение неловкости — они оба находятся здесь по одной и той же причине. И если Ян делал вид, что жены рядом нет, то Сесилия поступила точно так же. Она тихо откинулась на скамье. Ожидание обещало быть очень долгим.